Сначала я думал походить около центрального музея по горе Монжюик, но именно в этот день район был мало доступен - площадь перед музеем готовилась принимать гей-парад "Гордость Барселоны". Позже летом такой ожидается и в Праге... Ходить по окольным тропинкам не хотелось, так что я сразу пошёл в город.
Решив пошататься по городу, я взял в инфокиоске бесплатную карту, посмотрел, и решил купить там же за одну монетку настоящую "Официальную карту" подетальнее. На ней хотя бы были подписаны названия большинства улиц! ,) По ней также давались скидки во многие музеи и дома Гауди, так что она успела окупиться уже на первом использовании! ,)
На большой территории в десятки кварталов сразу нет некрасивых домов, или их так мало, что они не заметны. Не все так экзотичны, как известные достопримечательности, но многие украшены лепниной, картинами или фресками, а на балконах и крышах растут настоящие барселонские сады! ,)
Пройдя по одной из диагональных улиц до центральной прогулочной Ла Рамблы, я прошел еще пару кварталов и уткнулся в побережье со статуей Колумбу.
Из карты было известно, что тут неподалеку находится Palau Guell (Пало Гюэлл), вроде как построенный Гауди - но название было мало знакомо. Просто созвучно с его Парком Гюэлл на севере города. Найти этот дворец по туристической карте с большими картинками в квартал размером оказалось не так просто, потом пришлось найти кассу через пару домов от него.
Однако визит стоил того!
Это здание - практически первая работа молодого тогда архитектора, оно представляет собой особняк для богатого промышленника, а позже графа, Гюэлла. Он захотел расширить свой дом в этом районе, сделав богатый парадный дворец для светских приемов. В итоге его немалая семья жила в этом музее около 20 лет, позже переехав в построенный по его же заказу парк Гюэлл.
Промышленник был всесторонне образован благодаря настойчивости своего отца - в инженерных и социальных науках, в политике и экономике. Он правил империей шахт и заводов - и дворец, почти целиком построенный из собственных материалов, был ее достойной визитной карточкой. Гюэлл был достаточно смел, чтобы спонсировать экстравагантных творцов - и в частности он поверил в инновационные изобретения архитектора Гауди с его командой опытных ремесленников, которые по сути создали то направление в изготовлении бытовых вещей, которое сейчас зовется эргономикой. Хоть мебель, хоть поручни лестниц или оконные ручки, удобно ложащиеся в ладонь, даже ковка оконных рам, через которые нельзя посмотреть внутрь дома, и ажурные металлические украшения потолка, также являющиеся его несущими, внешние жалюзи, позволяющие вентилировать обеденный зал даже в грозу без опасения намокнуть - все это редко доселе пересекалось в одном проекте.
А итоге на пятачке в 500кв.м. появился дворец с конюшнями и гаражом, библиотекой и приемно-рабочим кабинетом хозяина, просторно выглядящими но в реальности неширокими холлами, ведущими к многофункциональному центральному колодцу во всю высоту здания от второго этажа до крыши. Этот колодец выступал как бальный зал, оперная и театральная сцена, и, если открыть одну из стен с часовней в "стенном шкафу", зал становился церковью. Как и многие другие несущие профили в зданиях Гауди, колодец является параболоидом сверху, плавно переходящим в квадратное сечение самого зала и нескольких ярусов балконов, выходящих на него из комнат и галерей на разных этажах. В свод купола вмонтировано много маленьких окошек, создающих эффект звездного неба.
Во все помещения в домах Гауди может попадать натуральный солнечный свет.
Верхний этаж, ранее чердак для хозяйственных работ и проживания прислуги, а теперь экспозиция про ремонт дворца, покрыт потолком из эдакой "нелинейной гофры" - многочисленные желоба-арки, расположенные в разных плоскостях как поверхность слегка волнующегося моря, должны были гасить звуки работ - стирки, готовки - даби они не ранили нежный музыкально воспитанный слух хозяев.
Над этим потолком крыша - она также остается нелинейным бугром, на котором не задерживается вода, но достаточно плоским, чтобы по нему ходить. Даже сейчас на ней открывается красивый вид, как на город, так и на нее саму.
Многие комнаты отоплялись симпатичными печками, и на крыше дома вырос целый сад вытяжных труб-грибочков, пирамид и башен причудливой формы, инкрустированных керамическими плитками - далее такое объединение инженерной практики и скульптурной эстетики станет одной из многих отличительных черт домов, построенных Гауди.
После испанской революции 30ых годов здание было экспроприировано и вполне уместно стало музыкальным музеем. Оно и в исходном проекте и применении часто использовалось для музицирования и театральных представлений, опер и священнослужений с органной музыкой, а в аудиогиде на фоне многих пояснений играют композиции, сочиненные кем-либо из 10 детей Гюэлл и обученных лучшими композиторами того времени.
Увы, музейное ведомство было не так богато, и после революции, вандализма, второй моровой войны и нескольких лет без присмотра, здание несколько раз приходилось подвергать капитальному ремонту и реконструкции. Так, несмотря на многие усилия, оригинальный орган восстановить не удалось.
Последний совсем капитальный ремонт поставил целью восстановить исходный блеск здания и открыть его публике. Он занял около 20 лет, закончившись в 2011 году - и я посетил только что открывшуюся новую главу в жизни этого красивого дома. Вот почему мы его не посещали с Катей, когда были в Барселоне 4 года назад! ,)
Специалистам удалось найти многие эскизы и модели Гауди (несмотря на гибель большой части его архива в революционных пожарах) и восстановить недостающие элементы с использованием тех же материалов из карьеров и лесов Гюэлля так, что они предельно близки к оригиналам. Узорная кожаная обивка на встроенной скамейке в обеденной зале (под окном с теми замечательными жалюзи) также была воссоздана наследственными ремесленниками кожевенного городка. Возможно, их прадедушки делали оригинал сотней лет ранее.
Удивительным образом, большую часть мебели удалось найти и восстановить - ту же, что стояла в этом доме или, в редких случаях, "эквивалентные модели того периода", например, рояль той же модели. Полностью отвечая за эстетическое применение готового объекта, Гауди сам разработал почти всю мебель и фурнитуру, лишь иногда заказывая сторонним мастерам подходящие по стилю изделия.
Покинув дворец по лестнице для слуг, ступеньки которой одним торцом закреплены за стену, а другим - за тросы-струны (формирующие прозрачную стену между лестничными пролетами), я вышел мимо каменно-выглядящего, но на самом деле деревянного, поста привратника, и, попытавшись посмотреть с обеих сторон через "односторонние" кованые завитые лепестки ворот, вернулся наружу.
Там меня ждала не только знойная улица, но и знойные девушки. По другую сторону Ла Рамблы, на задворках Храма Августа, очаровательные жрицы любви под присмотром полицейских зазывают проходящих мимо одиноких мужчин сладкими голосами сирен, а особо стойких норовят погладить за руку и все же привлечь. Я уверен, что они недолго остаются одинокими ,)
Я перешел на улицы пошире и вскоре очутился около здания Муниципалитета и Старого Собора, где играла красивая живая музыка в исполнении уличных живых музыкантов.
Шаг за шагом, я оказался на площади Уркинаоны, где ночевал и сибаритствовал за неделю до того. Сфотографировав эти памятные места при свете дня, я посмотрел еще несколько красивых фасадов, отмеченных на туристической карте, и направился к "перекрестку трех архитекторов", где богачи на сломе веков распушали перья и выстраивая самые красивые и экзотичные дома.
Casa Batllo (чудный язык - сия фамилия читается как Байо) была построена Гауди для семьи Байо и, похоже, сразу предполагалась как жилой дом для состоятельных квартирантов. Здесь есть как общие залы для приемов и внутренний дворик с садом на втором (по-нашему) этаже, с комнатами прислуги и хозработ на чердаке, так и лифт, обвитый лестничной спиралью, на площадки которой выходят двери квартир. Они "нумерованы" буквами алфавита в шрифте, придуманном Гауди, и до сих пор являются частными жилыми помещениями.
Дом принадлежит (неназванной в аудиогиде) семье, которая уже несколько десятилетий поддерживает его красоту из собственных ресурсов - к коим относятся и билеты на вход. Поскольку у министерств и города нет оснований поддерживать частников, владельцы благодарны визитерам и приглашают их по выходным на романтический ужин в садике с задней стороны дома.
Этот дом построен в стилистике моря, и в нем надо постараться поискать прямые линии (хотя пол плоский). Гауди даже разработал специально для него дизайн тротуарной плитки, которая впрочем была использована не здесь, а неподалеку, в его Ла Педрере. Раработанная настенная керамическая плитка, похожая на подводные камни или ракушки и темно-синие плитки с блёстками были эффектно использованы в лестничном колодце, наполняя его светлоголубым сиянием и блеском.
В квартирах, окна которых выходят на колодцы, освещение одинаковое - чем выше этаж, тем меньше окна, а внизу они почти во всю стену размером.
Почти все стены и потолки дома причудливо изогнуты и покрыты плавными буграми и впадинами, как подводные гроты, а пятна окошек между внутренними комнатами и внешними (помните про доступ натурального света в любой закуток?) выглядят как некогда правильные фигуры - словно обычное окно положили под воду и сфотографировали при легком волнении.
Гостей дома встречает широкая полуспиральная деревянная лестница, ведущая из полусферического грота на приёмный второй этаж. Она выглядит, как хребет огромного морского чудища. Рёбра-ступени окаймлены реными деревянными лепестками (или позвонками, кому как виднее), а сверху в ладонь просятся удобные на ощупь вырезанные из дерева и отполированные перила, так же изогнутые спиралью, как и лестница. Профиль поручня идеально повторяет ложащуюся на него расслабленную кисть руки.
Эта лестница приводит посетителя в другой грот, соединяющий приёмные залы с видом на улицу и внутренние представительские комнаты, выходящие в итоге на садик во дворе.
Для управления вентиляцией многие помещения разделены двумя слоями резных деревянных панелей с прорезями, между которыми находится третий слой - заслонка с такими же прорезями. Ее можно двигать, чтобы открыть или закрыть доступ свежего воздуха. Между двумя колодцами вокруг лестницы и лифта и коридорами-галереями первой пары этажей решение еще проще - в вырезах размером с биту для лапты на осях стоят эти "биты", которые можно независимо поворачивать, выставляя желаемый уровень сквозняка.
Осмотрев нижний этаж, поднимаемся к крыше. Сначала чердак служебных помещений, который напоминает нам о любви Гауди к параболическим аркам. Хотя внизу доминируют "случайные" формы, по галерее чердака иду, как будто внутри скелета длинной змеи - крыша надо мной лежит на множестве тонких, в руку толщиной, перестенков-арок. Аудиогид поясняет, что так без ущерба для прочности архитектор экономил не только материал, но и сокращал вес здания и его конструкций, а также делал доступным больше пространства, чем получалось с традиционными толстыми стенами. В других его зданиях арки оставлены багрово-кирпичными, выглядя эффектно в солидных помещениях Саграды Фамилии, но здесь они оштукатурены и сияют белым окрасом. Между перестенками на воздух выходят "окна" из нескольких наклонных белёных плит. Эти неподвижные жалюзи впускают свет и воздух и выводят влажность из комнат-стиралок, не давая попадать внутрь ни дождю, ни прямому солнцепеку.
Чердачная галерея окружает "оранжерею" стеклянной крыши над лестничными колодцами, их разделяет лишь ров водостока, который не дает затопить ни одну из этих конструкций. Всё это можно разглядеть свысока, поднявшись по колонне спиральной лестницы на самую крышу дома.
Она также украшена покрытыми керамикой трубами-грибами, здесь уже совсем похожими на сморчки или поганки - высокие с длинными узкими конусами капюшонов. Они все изогнуты, как настоящие грибы, и сгруппированы в пучки по 6-8 труб, словно растущие на одном пеньке.
По верхней части фасада проходит "спина дракона" - двухэтажный бок, покрытый сине-зеленой чешуей четырехугольной черепицы, и коричневый хребет из круглых половинок амфор. Второй бок свисает на крышу, где его можно разглядеть и пощупать.
Это не только украшение - в зале под хребтом, немного над уровнем крыши, находилась водонапорная бочка.
Обратный путь вновь идет через ярко-белые чердачные помещения, в которых можно рассмотреть встроенную мебель - оштукатуренные кирпичные шкафы с каменными полками, в задних сторонах которых выдолблены водостоки. Они напоминают, что здесь некогда стояли тазы с постиранным бельём, и возможные утечки были скомпенсированы заранее.
Здесь можно заглянуть и внутрь узкой башенки, стоящей на фасаде дома.
Сейчас в самом большом из помещений, под фасадным драконом, с посетителями прощается голограмма Гауди. Пока я прохожу мимо, трехмерный маэстро машет мне рукой.
Тур завершается проходом через выставку мебели, разработанной Гауди, и магазин, в котором желающие эксклюзивно обустроить свое жилище, могут купить мебель, фурнитуру, разные модели керамических и тротуарных плиток, сделанные по его эскизам и методам. "Цена разумная", но неизвестная. Видимо, не бюджетная (судя по товарам с указанной ценой). Есть в магазине и обычные сувениры - фотоальбомы и открытки, карандаши и небольшие модели.
Полюбовавшись на фасады красивых и очень разных домов района, я поспешил назад к Плаце Эспании.
Я решил идти параллельно истоптанным ранее широким улицам, чтобы посмотреть на что-то новое. Районы красивые, с такими же скошенными углами домов на перекрестках, как и во многих районах города. В конце дороги меня ждал большой парк в 4 квартала размером, где кроме пруда и интересных детских площадок "растут" фонарные столбы с точками доступа к беспроводному интернету. Поостыв в тени пальм, я вернулся на площадь - как раз к автобусу в аэропорт...
--
// Jim Klimov
sent from a mobile, pardon any typos ,)
Выложили фото-видео отчет с Джимом в роли гида по дворцам Гауди:
ОтветитьУдалитьhttps://picasaweb.google.com/114349335765645752174/BarcelonaJim2011